Жить через «не могу»

Что делать с деньгами, как подготовить машину к зиме, покупать или не покупать недвижимость - на эти вопросы отвечают многие. Но к кому пойти с вопросом - как жить? Волгоградцы знают: к доктору Петрову. Его именем названы журнал и телепередача. Врач, педагог, академик, меценат и просто человек, о котором говорят - «наш добрый гений». Ректор Волгоградского медицинского университета Владимир Петров ответил на главный вопрос «ДП».

На срыве возможностей

- Владимир Иванович, вы - главный клинический фармаколог России - в последнее время так резко высказываетесь о ситуации на лекарственном рынке России, что об этом говорят даже на кухнях: как только ему не страшно? Вам не страшно?

- Уже надоело. Сегодня я узнал, что на закупки препарата тамифлю, он же осельтамивир, крупные государства мира потратили более 6 миллиардов долларов. Это при том, что тамифлю (это стало известно недавно) не предупреждает развитие пневмоний у больных свиным гриппом. У нас же в области мы уже похоронили 20 человек с вирусной пневмонией. Вот вам и тамифлю, который стоит около 3000 рублей за 10 капсул и не предотвращает такой исход. Американцы и все буржуи, конечно, считают, что у них самая лучшая фармацевтика. Но фармацевтическая компания на первое место не будет ставить здоровье человека. На первом месте у них всё равно будет выгода и зло «проклятого металла». Мы изучали инновационный препарат, который создан отечественной фармацевтической фирмой «Материа Медика». Он называется анаферон, есть и детская форма. Он эффективен для профилактики пневмонии у больных свиным гриппом. Напомню: мы хороним не от гриппа, а от пневмонии. Так вот, этот препарат был отправлен без названия, просто под номером, в Соединённые Штаты, во Францию - в вирусологический центр, и в две российские компании - Институт гриппа в Петербурге и бывший военный медицинский центр. Сравнили с тамифлю. Вывод такой: анаферон во много раз лучше препятствует смертности от пневмонии. Я пытался убедить чиновников: не может быть такого, чтобы четыре ведущие мировые лаборатории по ошибке дали одинаковое заключение. Убедить я смог только министра и её заместителей, которые и рекомендовали его в качестве противовирусного средства. Это положительный момент. В России чаще бывает наоборот. Но это тема печальная, а я ещё хочу пожить на свете. За всем этим стоят огромные деньги. Но на другой чаше весов - жизнь наших соотечественников в стране с одним из самых высоких в Европе уровней смертности и самой короткой продолжительностью жизни. Но рождаемость-то везде низкая, и в развитых странах. Есть на то причины. А вот у нас основная причина, почему такая высокая смертность среди нашего поколения, почему у нас мужики помирают очень рано, - социально-экономические преобразования 90-х годов оказались непосильны для нашего сознания. Не уложились у нас в мозгах изменившийся образ жизни и измена ценностям, которые воспитывались поколениями. Сделано это было грубо, топорно, и мы лишились части своего народа. Ничего другого я как врач, как академик не вижу. Есть вроде бы лучше стали, появились продукты, за которыми мы раньше стояли в очереди. Но мы не смогли приспособиться. Произошёл срыв человеческих возможностей. Ещё Гиппократ говорил, что все болезни от нервов.

...Следует жить

- Что делать, доктор?

- Во-первых - жить. А во-вторых - размножаться. Деток надо рожать больше. Причём нормальным семьям - которые имеют работу, не пьют. Я каждый год читаю большую академическую лекцию на разные темы. Сейчас собираюсь прочитать лекцию по алкоголизму. Вроде бы и сказать нового нечего, но на самом деле ситуация ещё ужаснее, чем нам кажется. По последним данным половина пьющих - это женщины, в том числе молодые, которые ещё должны рожать. Если мы хотим заботиться о выживании популяции нашей, то мы должны, конечно, бросить всё... 3% бюджета на здравоохранение - мало. Надо минимум 6%. Без вложений говорить о каком-то прорыве невозможно. Можно красивые схемы рисовать. Можно выдумать список жизненно важных лекарственных средств, в формировании которого и я принимал участие, так, чтобы каждому человеку хоть что-то досталось... Но это мало.

- Мы вернёмся к вашим словам о том, что следует жить. Но, раз уж вы про деньги заговорили... На днях был парламентский час в областной думе о здравоохранении. Конечно, говорили о недофинансировании: даже то, что обещали дать, всё равно не дали. Но с другой стороны... А для того, чтобы разрешить в хуторах законно продавать лекарства, неужели сумасшедшие деньги нужны? Или совести чуть-чуть?

- У меня несколько месяцев назад была бывшая главный врач Клеткой районной больницы. Я ей как-то помог в своё время убедить областную власть купить рентгеновский аппарат. У них в больнице был аппарат, купленный в 1949 году. Я консультировал больного, и мне показали сделанный там снимок. Это не снимок, а туманное утро Лондона. Так вот, она пришла ко мне, рыдая: фельдшерский акушерский пункт продавал бабушкам аспирин и анальгин, и на полном серьёзе Госнаркоконтроль возбудил уголовное дело. В ведомстве заявили, что не могут это дело закрыть. То есть открыть - это запросто, а закрыть - нет. Пусть она пишет признание, тогда получит условный срок. Это женщине, которой 70 лет и которая хотела сделать как лучше. Это чиновничий беспредел. Такой, как в России, не встречается нигде. Везде есть бюрократия. Но такого чуда, как у нас, нигде нет. У нас на одного работающего приходится пять руководящих. Я иногда думаю: вот эта вертикаль власти - сколько же на неё налипло? Эта вертикаль, бедная, уже вся изогнулась. Она уже ничего не держит. А у нас пытаются отмести какую-то мелочь, не понимая главного: искать надо среди тех, кто ворует возле этой вертикали. Пока чиновник сам себе литр нации, ничего не будет. Будет ловля блох. Врача осуждают за 500 рублей, что-то он сделал платную процедуру. Это смешно. Даже при советской власти благодарный пациент приносил врачу два яйца из-под курицы, чтобы накормить его. А как вам прокуратура, которая публикует списки «врачей-вредителей»? В прошлом году опубликовали список из 500 врачей, которые в области имели взыскания. Кто-то опоздал на работу, а кто-то после удачной операции принял маленько. Это же нормально! Девку молодую вытащили от вирусной пневмонии, все померли, а у нас в университетской клинике не умирают. Так по этому поводу и выпить не грех. А выкладывать в прессу - совсем не обязательно! Вот вам уровень цивилизованности общества.

Отдавать - это пик счастья

- Ну и как же жить? Как жить в таких условиях?

- Через «не могу».

- Это как?

- А вот так. Каждое утро просыпаться и радоваться этому. Хотите спросить, как это делаю я?

- Очень хочу. Вы же производите впечатление патологически благополучного человека. Лечите, учите, радуетесь жизни. И вот эта выставка картин по всему - университету

- Все мои.

- Я вижу. У вас, наверное, самая большая коллекция картин в Волгоградской области?

- Я думаю, да. Но дома ничего нет, всё на людях.

- Да ещё и коллекция не просто от балды собранная - это же целый музей картин о Волгограде.

- Да, я люблю наш город.

- Так вы же герой нашего времени. Научите, а?

- Во-первых, утром надо просыпаться и радоваться, что день наступил. Во-вторых, нужно уметь себя хвалить. Самого себя. В-третьих, надо больше отдавать, а не брать. Тебе вернётся больше. Это моя философия. Вот я получил зарплату, она у меня, кстати, стала меньше в три раза. Наше министерство ректорам медицинских вузов теперь не разрешает никакие совместительства ни по науке, ни по педагогике. Я не имею права заведовать кафедрой, заниматься наукой и получать за это деньги. Медведев говорит, что надо создавать хозрасчётные научные предприятия в вузах, и тут же у нас отбирают то, о чём он говорит. Полная несостыковка на самом верху. Я на днях это озвучил на большом московском совещании, в зале сидели чиновники. Так вот была гробовая тишина, муха бы полетела - была слышна. Но надо радоваться жизни всё равно. Так вот, я получил зарплату, и у меня есть дети умные и талантливые, я обязательно должен их накормить и дать им денег. Хотя бы по 1000 рублей. Особенно тем, у кого нет папы и мамы. Девчонки и мальчонки. Они очень умненькие, у них большое будущее.

- Постойте, вы о чьих детях? О своих? Или о студентах?

- О студентах. Я посылаю 2000 рублей в один из детских неврологических домов. Это уже лет 15 я делаю. И ещё 2000 в Детский фонд. Уже лет 20 я это делаю. Это такое непередаваемое чувство - когда отдаёшь. Потому что я получаю письмо из детского дома: «Дорогой дядя Володя, мы с сестрой получили ваши деньги, нам купили пальто, мы теперь можем ходить гулять зимой». С одной стороны, это светлые слёзы, а с другой такой стимул... Не буду говорить, что я маленький человек, я не маленький, но и не самый богатый, но я могу помочь страждущим. Это моя философия. Об этом знают моя жена и мой ребёнок. Мой ребёнок - главный мой критик. И он меня понимает и очень любит за это. Я обязательно устраиваю посиделки для студентов, которые нуждаются. Я их накормлю в каком-нибудь хорошем ресторане. Человек 15-20 накормлю от пуза. Потому что эти дети придут на смену нам. Я очень люблю учеников готовить, настоящих врачей и учёных. Есть девочка, у которой ни мамы, ни папы нет. Я её удочерил, она зовёт меня папой - мне приятно. Скоро выдаю её замуж. Мальчишки есть умненькие. Мне это нравится. А на работе стараюсь не размениваться на пустопорожние посиделки. У нас власть страдает тем, что не умеет работать. Если хотите провалить дело, создайте комиссию. И вся наша местная власть делает именно так. Я забыл уже, когда вопрос решался конкретно. Послушайте наших избранников народа. Кто из них сказал: я в своём округе сделал так, что школу построили не за пять лет, а за год, я пробил квоты на лечение порока сердца у ребёнка Иванова, Петрова, Сидорова? Когда ко мне приходит женщина с ребёнком, которому ничем не помочь, кроме как пересадить сердце, я звоню Лео Антоновичу Бокерии. И он говорит: присылай. А иногда говорит: безнадёжный вариант, но можно в Великобритании сердце пересадить. И я звоню хирургу в один из английских городов - и мы девочке пересаживаем сердце. Пересаживали почку 17-летней девочке в Москве, тогда ещё не было нашего центра. Она весной ко мне пришла и подарила цветы. Она уже родила, с пересаженной-то почкой. Ради таких моментов и стоит жить. Не потому, что я такой хороший... Я хочу, чтобы меня поняли правильно. Есть две вещи, которые звучат немного цинично. Первое - то, чем страдает весь русский народ. Это - жить по принципу «выколю себе глаз, пусть у моей тёщи зять кривой будет».

- Назло мужу сяду в лужу.

- Вот-вот. А нам всем надо другую пословицу запомнить. Как говорил один из моих профессоров: роешь другому яму - рой по своему размеру. Сними размерчик - и рой. И второе, о чём нужно говорить: у гроба карманов нет. Есть пределы того, что можно потреблять. В первую очередь я это хочу адресовать всем чиновникам нашей страны. Потому что когда «похоронная организация» ездит на машинах с номерами одной из силовых структур, дальше уже некуда. Причём у нас это считается нормой. В то же время, конечно, народ озлобляется. А злить народ по определению нельзя! Воспитывать и не бояться

- А с ценностями-то что? Где их взять?

- Помимо того, что у нас есть генетическая память, нужно эти ценности хранить и передавать. Нам завидуют потому, что в нашем университете гуманитарный блок представлен самым лучшим образом по сравнению даже с гуманитарными вузами. У нас два докторских диссертационных совета по гуманитарным наукам. Мы присваиваем докторские степени по историческим, философским, социологическим, биологическим, медицинским наукам. Это только направления, а вообще у нас семь диссертационных советов. У нас единственный медицинский вуз, где есть экзамен по истории Отечества. Президент говорит, что не может человек с высшим образованием обойтись без знания истории Отечества, усильте этот блок. Но стандарт третьего поколения в медицинском институте исключает историю Отечества. Иностранный язык убрали. Считается, что школа должна научить, но мы-то должны учить специальному языку, чтобы у нас плодились учёные-медики, адаптированные к зарубежным медицинским знаниям. Я не очень хорошо знаю бытовой английский, но я прекрасно знаю язык матерный и медицинский язык. Надоели лозунги. Надоели выводы молодёжи на улицу с флагами. «Наши», «Молодая Гвардия», ещё что-то. Ректоров города пытались обязать поддерживать молодёжные движения в Волгограде, и я попросил одного из лидеров молодёжного движения всё-таки объяснить, что они хотят. Как только я прочитал фразу «Россия для русских», я понял, что мы этим мальчикам чего-то недодали. Они не могут работать с людьми. Они могут энергосберегающие лампочки вкручивать.

- Делать-то что с ними?

- Наверное, воспитывать. А чтобы воспитывать, надо не бояться. Звонит мне как-то один депутат и говорит: как вы смотрите, что мой племянник займёт место руководителя здравоохранения? А племянник закончил далёкий медицинский институт и нигде ещё толком не работал. Я говорю: маловато для города-героя будет. То есть вы мне отказываете? Да, отказываю. Ну, ничего, я и без вас найду выход на мэра. Что ж, «перо вам для лёгкости». Нажил врага. Но не стал племянник руководителем, хотя его везде пристраивали, и в итоге он пытался защитить кандидатскую диссертацию у меня в совете, не выполняя эту работу вообще. Я костьми лёг просто, чтобы не пустить. Так он защитился в соседнем городе. Как мне сказал тот руководитель, покраснев: я допускаю, что занесли очень много. И этот человек будет нами всеми руководить. Короче говоря, у гроба карманов нет. Надо воспитывать личным примером хотя бы нашего поколения, которое сохранило остатки нравственности. И ценности страны, и культурные ценности вообще. Это надо как-то делать. Но как? Я считаю, что каждым днём своей жизни.

Анна СТЕПНОВА