Явление депутата

Из костюмов волгоградского карнавала лишь один получил всероссийскую славу: московский сайт CarneVale.Ru посвятил статью депутату областной думы Владимиру Ефимову, одетому под Николая Расторгуева. Причём статья вышла уже на утро после карнавала. «Что-то здесь не так», - начинает автор Марыся Злобек.

Расторгуев - не хрестоматийный образ вроде Мэрилин Монро или Чарли Чаплина. Насколько карнавально переодевание в «другого», ещё не ставшего символом, иконой? Есть несколько типов карнавального переодевания. Первый - выбор из традиционных образов литературы, кино, фольклора: Пьеро, Красная Шапочка, Фредди Крюгер, Человек-паук или Баба-Яга. Второй - обращение к архетипам: медсестра, рыцарь, пират, снежинка, шут и т. д. Плюс костюмы животных (они всегда символичны). Третья группа - национально-исторические костюмы: античный герой или индеец. Образ депутата как явление ближе к четвёртому типу - использование образов знаменитостей. Но не любая подойдёт: необходимы абсолютная узнаваемость и почва для гротеска. Основы расторгуевского имиджа - гимнастёрки, может, и мало, но депутата узнали, ведь концерт «Любэ» широко анонсировался, появление двойника Расторгуева было ожидаемо, и образ читался.

«Это явление... может представлять самостоятельный интерес», - пишет М. Злобек. Ведь тот же Арлекин - не просто костюм в ромбик, это культурный код. Если код известен публике, сигнал понимают. Что касается не столь однозначных образов, то выбирающие их либо не заботятся о доступности своего текста, либо это для них неважно: человек в костюме не всегда адресует информацию всем участникам карнавала, возможно, он стремится найти в толпе «своих». Можно ведь одеваться и для себя. Плевать, что окружающие не угадают, что означает образ. Пусть будет нечто, о чём знаете только вы... Итак, карнавальные костюмы можно разделить на три группы - по радиусу действия: ориентированные на массового зрителя, на узкий круг и на одного человека. И неизвестно ещё, что из этого ценнее и интереснее.