Безграничный орган

События в Волгограде превращают областную прокуратуру в полноценного политического игрока. Прокуратура двигает фигурантов как пешки по шахматной доске, обеспечивая беспрецедентные утечки материалов следствия по городу гуляют не только слухи, но и ксерокопии документов. В СМИ называют фамилии людей из прокурорского «списка взяточников», но этим людям не предъявляют обвинений. На мысль о том, что идет не просто следствие, а политический процесс, наводит и операция, проведенная для пресечения пиар-поддержки арестованного мэра Е. Ищенко: после бесед в прокуратуре члены этой PR-команды покинули город. Что происходит? Ситуацию комментирует лидер фракции «Единая Россия» Волгоградской областной думы, кандидат юридических наук Виталий ШЕСТАКОВ:

Для того чтобы понять, что происходит, нужно помнить, что в отличие от других правоохранительных органов прокуратура в России не реформировалась. Перестройку пережили суды создана система арбитражных, третейских, мировых судов. Перестраивается министерство юстиции если вы сравните, какое министерство в 1999 г. возглавил недавно назначенный генпрокурором Юрий Чайка, вы увидите, что это совсем другое министерство. Тогда это было советское ведомство, хозяйствующий субъект, помогающий осуществлять правосудие, например, ремонтировать здания судов. А теперь это орган с достаточно внятными и четко определенными функциями, такими, как регистрация недвижимости.

Прокуратура тоже должна пройти реформирование, потому что сегодняшняя ее функция всеобщего надзора не может быть соединена с правом ведения следствия. Я считаю, это нонсенс. Нельзя строить систему на том, чтобы в одном лице было и расследование, и надзор, и поддержание обвинения в суде. Вот это сочетание полномочий и привело к тому, что в последнее время прокуратура взяла на себя так много власти. Не политической, а просто власти, государственной власти. Но где власть там и политика, это деньги, это ресурсы, позволяющие влиять на процессы в государстве или в отдельном регионе, как это происходит у нас.

Наша областная прокуратура ничем не отличается от генеральной, а та действует в рамках, отведенных ей государством. У них же единоначалие, они все ходят в погонах, и приказ начальника закон для подчиненного. Поэтому винить облпрокуратуру в чем-то нельзя она зеркально отражает то, что делается на самом верху. С другой стороны, у нас в городе сейчас идет расследование громких дел. И, как всегда бывает, есть люди, заинтересованные в том, чтобы осветить эти громкие дела, и есть те, кто заинтересован в том, чтобы давать как можно меньше информации. И то, и другое плохо. Порядок расследования предусматривает, что из следственного органа должен выходить минимум информации. Всякие свободные комментарии по поводу возбужденного дела, фактов по делу я считаю недопустимыми. Собственно, это даже не я считаю, это закон, устанавливающий тайну следствия. Ведь даже адвокат дает подписку о неразглашении тайны следствия. А уж сами следователи должны соблюдать эту тайну строжайшим образом.

Политическая составляющая волгоградских расследований превалирует именно потому, что очень большой объем информации уходит из следственных органов. Затем на базе этой информации СМИ самостоятельно строят свои версии, опираясь на факты и комментарии, полученные от должностных лиц, проводят свои собственные расследования, что не запрещено, да они и обязаны это делать. Но я полагаю, что на сегодня информация о расследовании должна исходить от должностных лиц очень аккуратно. Ведь закон запрещает делиться информацией о деле до тех пор, пока суд не принял решение. И даже после того, как решение принято, самому судье можно высказываться только в рамках принятого судебного решения. Все, что происходило на процессе, а уж тем более в совещательной комнате, он не должен никому ни рассказывать, ни докладывать. Это требование закона надо соблюдать всем, в том числе и прокурорским работникам, и всем, кто имеет отношение к процессу.

Посмотрите, как это происходит в областном суде. Там идет множество процессов, но их никто не комментирует. Три дня в Центральном районном суде рассматривали вопрос о мере пресечения для Е. Ищенко, и что вышло из суда? Ничего. Только резюме. И даже фамилию судьи, принимавшего решения, навскидку никто не назовет. Это правильно. Фамилии судей не должны звучать по соображениям и этики, и безопасности.

С удивлением увидел в газетах ксерокопии записок, якобы изъятых у свидетелей, компьютерных распечаток, фигурирующих в деле Е. Ищенко. Опубликована вроде бы и расписка председателя гордумы П. Карева в получении денег Такие ксерокопии я видел в руках многих высокопоставленных лиц. Мне, конечно, интересно, откуда они появляются, мне сказали, что журналисты покупают информацию: 100 долларов и копия твоя. Это, конечно, не более чем слух. Но другого объяснения широко ходящим по рукам документам следствия я не вижу, если, конечно, все это не фальшивки.

Говорили также, что пиар-кампания в поддержку Е. Ищенко мешала проведению расследования. Если это так, то к людям, препятствовавшим расследованию, нужно принимать какие-то меры. Препятствие судопроизводству, вмешательство в следствие для всего этого есть меры ответственности. А когда говорят, что такие действия есть, но не принимают мер, я не понимаю: это от бессилия или это тоже пиар-ход.

ДОСЬЕ:

Виталий Анатольевич Шестаков руководитель фракции «Единая Россия» в облдуме. Входит в состав комитетов по социальной политике и государственному строительству и местному самоуправлению. Работает в думе на постоянной основе. Председатель комитета по межнациональным отношениям и межпарламентским связям Южно-Российской парламентской ассоциации. Окончил Свердловский юридический институт. Работал судьей, заместителем начальника управления юстиции, судьей Верховного суда Казахстана. С 1992 по 2002 годы судья Волгоградского арбитражного суда, председатель судебного состава, первый заместитель председателя суда. С сентября 2002 года преподаватель Волгоградского государственного института экономики, социологии и права. Доцент кафедры гражданско-правовых дисциплин. Кандидат юридических наук.