Интернет без держиморды

Министр связи и массовых коммуникаций России Игорь Щёголев посетил Урюпинск, где встретился с блогерами. Организовавший визит Евгений Касперский, представляя его участникам конференции «Безопасное завтра Рунета», объявил, что своего министра блогеры должны приветствовать стоя. Те послушались и встали. Начало встречи Е. Касперский анонсировал так: «Тот, кто купил билеты на наше шоу, ни разу не пожалеет об этом! Министр против блогеров! Кто победит? Главный редактор «Делового Поволжья» Анна Степнова на этом турнире приготовилась быть болельщиком, но министр и блогеры всё время оказывались на одной стороне. Игорь ЩЁГОЛЕВ высказывается за саморегулирование: правила, установленные сверху, а не «пришедшие с рынка», потребуют от государства непомерных ресурсов для контроля.

В сети - семейные правила

- Как вы относитесь к тому, что чиновники привлекают блогеров к ответственности, например, за мат?

- Этот вопрос мы с вами и должны решить. Если интернет - среда общедоступная, то в этой среде правила поведения должны быть близки к повседневной жизни. Если человек выражается при детях, думаю, о нём складывается совершенно определённое мнение. Ты должен вести себя в интернете так, как если бы мы общались между собой или в семье. Нужны меры, которые не позволят детям просто так попасть туда, куда им попадать не надо. Это глобальная проблема. Регулировать это на национальном уровне невозможно Сейчас и мы, и американцы, и многие другие близки в том, что детская порнография - абсолютное зло. Как с этим бороться? Хорошая инициатива пришла с рынка. Провайдеры стали формировать пакеты по принципу белого списка. Если ты покупаешь такой пакет, то знаешь, что некая организация следит за тем, чтобы туда не попадал контент, неприемлемый для детей. Такие модели есть у нас в нескольких регионах, они широко применяются в Англии. Если ребёнку хочется выйти на новый сайт, он запрашивает провайдера, провайдер высылает уведомление родителю, родитель смотрит и говорит: «ОК. Доступ разрешаю». Если несколько родителей ресурс авторизовали, он включается в общедоступный список. Есть и обратное: при наличии нескольких сигналов об опасности доступ для всех исключается. Другой вариант - разграничение, отслаивание по средам. Общественные или какие-то другие организации смотрят за качеством контента. Для государства лучше, чтобы это было за счёт саморегулирующих организаций, потому что у государства на это ресурсов нет. Возможны и другие механизмы. Но мы всё-таки хотим, чтобы такие решения принимались вами. Как только сюда придём мы, это сразу будут держиморды, чего не хотелось бы.

- Почему у нас запрещено фотографировать на вокзалах?

- Конечно, это старые правила. Мы ведём дискуссии с этими коллегами, но пересмотр инструкций - это сложная история. Понятно, что сейчас техника такая, что не сразу определишь, что это фотокамера, да и в любом мобильном телефоне она есть. Но со старых-старых времён вокзалы и аэропорты считаются стратегическими объектами.

- Раз уж вы наш министр, решите эту проблему!

- Хорошо.

Право на защиту

- Вы проводили аналогию интернета с Рио-де-Жанейро. Но есть аналогии попроще. Дети не водят автомобили. А у нас все почему-то стремятся отправить детей в интернет. Зачем? И вот эта идея - выделять какие-то зоны. Представьте, как если бы это было с автомобилем. Мы разрешили ездить детям по улицам, а родитель говорит: моему позвольте на Ленинский выехать. Может, есть смысл только с 10 лет давать ребёнку доступ в интернет, потому что до какого-то возраста он больше отвлекает, чем образовывает. Вы предлагаете решение, исходящее от индустрии. Но если бы автомобильной индустрии было позволено регулировать выдачу прав, они бы сказали: давайте детям дадим автомобили, но расставим меточки. Не нужно ориентироваться на индустрию, которая хочет всех детей как бы подзомбировать.

- Можно по аналогии пойти дальше - вспомнить детские железные дороги. Но предложение хорошее. Будем рассматривать.

- Госдума пытается ввести ответственность интернет-СМИ за то, что пишут на их форумах посетители. Ваше отношение к этому?

- Сначала важно было определить: премодерация или постмодерация. Сейчас, по-моему, все понимают, что премодерация невозможна, а постмодерация - по звонку. На вашем заборе кто-то написал: «Зинка дура». К вам приходит Зинка и говорит: «Мужик, закрась, я не дура». Вы отказываетесь, и она идёт к главе поселения. Должны быть механизмы, когда человек, несмотря на все вольности среды, имеет право на защиту. Если там откровенная клевета, вещи, выходящие за рамки этических и моральных норм, человек вправе настаивать, чтобы это было изменено. Либо ты поддерживаешь человека, который на твоём форуме высказывает мнения, неприятные для другого, и вы вместе в суде это мнение отстаиваете, либо, если ты не уверен в правоте его высказываний, - ты редактируешь и убираешь. Зарегистрироваться как СМИ - это был бы ответственный подход: как только пересекаешь определённую черту, набирается аудитория, сопоставимая со СМИ, есть смысл регистрироваться как СМИ и пользоваться правами и правилами СМИ.

- Можно ли на законодательном уровне хотя бы в зоне «ру» урегулировать баннеры порнографического характера?

- Хороший вопрос. Вполне респектабельные ресурсы частично этим злоупотребляют. Пока это никак не регулируется. Опять-таки взываем к совести. Кто пишет эти законы?

- Очень давно говорят о скором принятии закона, что при смене сотового оператора можно будет оставить свой телефонный номер. Когда это случится наконец? Очень неудобно. Хочется поменять оператора, а нельзя.

- Это и юридический, и технологический вопрос, сказать, что завтра это произойдёт, не могу. Могу сказать точно: над этим работаем. И сами думаем, и с рынком работаем, но пока качество сетей не позволяет это сделать.

- Десять лет назад никто не знал о блогах, пять лет назад никто не знал о социальных сетях, три года назад никто не говорил о «Твиттере», сейчас уже никто не помнит о том, что такое чаты. Вы же разрабатываете специальный закон об интернете...

- Не так. Уже не так. Сейчас мы идём по пути внесения изменений в действующий закон о СМИ.

- Но вы пытаетесь сформулировать, что такое сайт и остальные вещи. Это всё равно, что пытаться привести к какому-то виду разговор по телефону, разговор на кухне и в курилке. Технологии развиваются слишком быстро, вы никогда их не догоните. Неужели недостаточно существующих законов? О порнографии, о мошенничестве, о чём угодно.

- Для многих вещей - достаточно. Но есть взаимоотношения между теми, кто работает в сети, в том числе правовые. Пока мы не определили субъекты, нам трудно урегулировать отношения между ними. Чтобы определить ответственность за нарушение авторских прав, нужно понять, кто её несёт, а для этого нужно определить игроков. Ровно на это нацелены наши изменения. Ровно над этим у нас работают люди. Если где-то объявлено, что Вася дурак, в законе будет сказано, что виноват тот, кто это написал, а не тот, кто это у себя разместил, и не тот, кто предоставил хостинг, и так далее. Можно будет применить Гражданский кодекс и остальные законы, когда станет понятно, к кому их применять.

- А кто готовит изменения в закон? Как часто эти люди собираются? Кто их консультирует?

- У нас есть рабочая группа, которая занимается проблемами интернета, туда входят чиновники, депутаты, юристы, экономисты, журналисты, представители разных сообществ. Это открытая структура. Если хотите участвовать - пишите заявки. «Регионалочка» вместо «одноклассников»

- Есть целый ряд национальных проектов: национальная операционная система, национальная почта, национальный поисковик, национальный браузер. В какой приоритетности вы видите появление этих проектов? И самое интересное - как выбираются исполнители? Очень часто возникают опасения: у нас недавно была система ЕГАИС, из-за которой алкогольный кризис случился. НПО «Атлас» сейчас делает национальный браузер, и люди уже боятся, что если им всем внедрят этот браузер, будет так же, как с ЕГАИС.

- В «Атласе» есть неплохие специалисты, но такого, чтобы им поручили создать национальную оперсистему, чтобы всех потом обязать на неё переходить, нет. Есть же какие-то закрытые сети ведомств. Если они хотят создать свой браузер, это их право.

- А национальная почта?

- Национальную почту делаем в рамках инфраструктуры электронного правительства. Она не будет заменой yandex, rambler, google. Мы хотим сделать её для государственных услуг, для взаимодействия гражданина и государства. В значительной мере это связано с безопасностью и идентификацией пользователя. Мы хотим создать среду, в которой не будет спама, не будет лишней информации. Посылаете со своего почтового ящика вопрос в ведомство и уже не нужно представлять документы с печатью, ведомство имеет гарантию, что письмо отправил тот человек, за кого он себя выдает. И без всяких заморочек этот документ начинает обрабатывать. В свою очередь гражданам можно не отправлять документы по почте, на что тратятся большие деньги. И государство будет уверено, что информацию получают именно те люди, которые зарегистрированы на этих почтовых ящиках.

- Последний вопрос касается Почты России...

- Знаю, знаю, больная тема, каждый раз, когда сам что-то заказываю, задумываюсь: дойдёт ли. Много проблем. Если пишете письма, знаете, что есть такие индексы - в 60-е годы у нас были колоссальные успехи, чуть ли не 90% писем сортировалось автоматически. Тогда мы были пионеры, у нас в национальном масштабе такая система была внедрена в числе из первых. Но потом это всё не поддерживалось, все машины убитые, индекс можно не писать, машины всё равно не сортируют. Только начали строить первые сортировочные комнаты, это глобально. Вторая история касается конкретно интернет-посылок. В конце прошлого года таможенники перекрыли несколько серых каналов, и всё это ломанулось в белую, они титанические усилия для этого предприняли. Перенаправили поток в несколько мест, где раньше эти посылки не сортировались, разместили дополнительные таможенные посты. Но вал, который образовался за несколько месяцев этого года, над ними нависает, пока они из него выбраться не могут, обещают к середине года ситуацию слегка поправить. Они судорожно бьются, чтобы до конца решить, ведь нужно по большому счёту перестроить работу почты.

- Вы хотите сказать, что это нерентабельно? Это деньги не приносит? Если приносит, значит, они должны туда направляться. Почему не направляются? Министр делает неопределённое движение головой, которое можно понять одновременно и как «согласен», и как «не знаю».

- Совсем недавно блогер N1 в стране - наш президент - сказал, что посредством интернета мы идём к прямой демократии. Он дал пример всем чиновникам, депутатам. Как скоро ждать волну заведения блогов, насколько это будет осмысленно и эффективно? Не хочется, чтобы это было просто для галочки.

- Наши соседи по СНГ создали платформу для всех чиновников, там делать ничего не надо, просто заходи и пиши. Я ради любопытства понаблюдал в течение года-полугода, что там происходит. Пишут от силы 2-3 человека, блогом называется пресс-релиз, в котором третье лицо меняется на первое - «я» вместо «они». Такое, думаю, вам тоже будет не интересно. Медиаобразование нужно внедрять, в том числе и для чиновников. Ведь для того, чтобы чем-то пользоваться, нужно освоить, понять, какие есть формы.

- Ваша социальная сеть для чиновников «Регионалочка» работает, она эффективна?

- В апреле мы её запустили, в ней работает 1,5 тыс. человек. Если учесть, что это в основном люди, которые занимаются внедрением электронного правительства, это немало.

- Название не смешит?

- А мы ради смеха её так и назвали. Хотя для чиновников, конечно, должно быть название «Региональная информационная сеть по вопросам информатизации регионов».