Драма на охоте. Акт 2

Расследование дела о незаконной охоте в Щербатовском охотхозяйстве Волгоградской области завершено, обвиняемые, в числе которых главный налоговик Волгоградской области Василий Фарион, знакомятся с материалами дела, которое в ближайшее время будет передано в суд. Об этом прессе сообщили на брифинге в Следственном управлении при прокуратуре Волгоградской области. Задолго до окончания следствия подробности дела стали широко известны благодаря публикациям в СМИ. Обычно адвокаты не комментируют материалы следствия до решения суда, однако в данном случае сделано исключение, и на это есть причина. Адвокат одного из обвиняемых Кирилл ПОКРАМОВИЧ рассказал «ДП» подробности дела:

Шум не по делу

- За всю свою 12-летнюю практику я впервые сталкиваюсь с таким напором следствия, которое при явном отсутствии доказательств виновности стремится направить уголовное дело в суд. Кроме того, уже в момент возбуждения дела, когда ещё не было ясно, кому будет предъявлено обвинение, кто был участником незаконной охоты, была допущена утечка информации в СМИ, где начала появляться информация с указанием фамилий лиц, причастных к незаконной охоте. Человек считается невиновным до тех пор, пока его вина не установлена вступившим в законную силу приговором суда, а здесь людей опорочили бездоказательно. Такая предвзятая подача дела в СМИ может повлиять на суд. Кроме того, при передаче расследования дела в Волгоград в документах было указано, что это сделано в связи с возможным общественным резонансом. 9 апреля один из обвиняемых написал письма начальнику управления охотхозяйства администрации Волгоградской области Майданову, прокурору области Беляку, председателю Общественной палаты Волгоградской области Загорулько и руководителю следственного комитета Музраеву. Суть его обращений в том, что уголовное расследование ведётся поверхностно и предвзято. Прошло два месяца, однако ни из одной из четырёх инстанций до сих пор ответа нет. Поэтому я считаю необходимым вступиться за репутацию подзащитных. Ознакомление с материалами дела закончено, следователю заявлено ходатайство о прекращении уголовного дела в связи с непричастностью моего подзащитного Василия Фариона к совершению преступления. Но какое бы решение ни было принято следствием, мы надеемся, что суд объективно рассмотрит имеющиеся доказательства и вынесет правосудное решение.

Найти и потерять

Как вы знаете, 4 марта возбуждено уголовное дело по факту незаконной охоты на территории Камышинского района. И уже через три часа после возбуждения дело было передано из милиции в прокуратуру. При возбуждении дела должны были быть произведены ключевые следственные действия по отысканию доказательств, которые потом могли бы лечь в основу обвинений. Однако, ознакомившись с делом, можно сделать однозначный вывод: доказательств виновности лиц, которым предъявлены обвинения, в частности Фариона, Орлянского и Стяжкина, в деле нет. Обвинение строится на показаниях егеря Матвеева. В качестве доказательств следствие использует показания Матвеева, а также снимки из его фотоаппарата, на которых даже не видны лица людей. В ходе следствия проведены экспертизы изъятых у обвиняемых ружей. Из них следует, что теоретически выстрелы могли быть произведены только из ружья Стяжкина. Однако Стяжкин объясняет, что в его ведении находятся охотугодья, и он периодически использует своё ружье. В то же время экспертиза подтвердила, что ни одно из ружей, принадлежащих обвиняемым, в тот день не использовалось. Изымались эти ружья по месту жительства обвиняемых именно в то время, когда обвиняемые находились в Камышинском районе. В ходе первичных оперативно-следственных мероприятий были получены образцы смывов с рук. В частности, у Фариона следов выстрела и продуктов горения пороха не обнаружено ни на смывах, ни на одежде. Как доказательство следствие использует и туши животных, которые хранятся в морозилке. Однако экспертиза не подтвердила, что в зайцев стреляли, они погибли либо от удушья, либо от травм, то есть это может быть капкан или другая ловушка - что именно, экспертиза не указывает, но по предъявленным обвинениям в зайцев всё-таки стреляли, что полностью противоречит материалам дела. Есть большие сомнения относительно происхождения найденной в охотугодьях гильзы. Следствие утверждает, что на месте предполагаемого преступления была найдена гильза, якобы выстреленная из ружья, принадлежащего Стяжкину. Гильза найдена в чистом поле спустя двое суток после якобы имевшего место выстрела. В соответствии со справкой гидрометеорологической службы Волгоградской области, с 4 по 6 марта на территории района шёл снег, мела метель и позёмка. Найти гильзу длиной 5 см и 1,2 см диаметром в чистом поле практически невозможно. Однако эту мелочь нашли даже спустя двое суток, а снегоход, на котором якобы скрылись с места происшествия три человека, - так и не нашли. А ведь снегоход - тяжёлая штука, он оставляет заметные следы, но по этим следам его не удалось найти. Я полагаю, что на самом деле этого снегохода не было. И слова Матвеева о том, что трое обвиняемых скрылись на снегоходе с места происшествия, - вымысел.

Зона ограниченной видимости

Почему следствием не проведено надлежащим образом опознание обвиняемых? Как следует из материалов дела, никто из них, кроме Стяжкина, не был знаком с Матвеевым лично. Поэтому для начала надо было провести опознание. Но следствие принимает на веру слова Матвеева: якобы он ещё год назад знал и Фариона. Хотя им просто негде было пересекаться ни по жизни, ни по работе. При этом Фарион рассказывает, что когда его после задержания доставили в отдел милиции, кто-то из людей в гражданской одежде показывал человеку в егерской форме на Фариона, буквально тыча в него пальцем. Видимо, именно Фариона необходимо было опознать как лицо, застигнутое на месте происшествия. Кстати, в деле сказано, что стреляли Орлянский и Фарион, а управляли снегоходами Стяжкин и Камышан. Однако сам Матвеев говорит, что не мог видеть, кто именно стрелял в косулю, поскольку наблюдал это всё издалека. Второй свидетель Шишкин тоже не видел, кто стрелял. Они оба лишь слышали выстрелы, а потом снегоходы скрылись из поля зрения, и только через час Матвеев и Шишкин, как они утверждают, обнаружили четырёх человек рядом с телом косули. Поэтому совершенно непонятно, откуда следствию известно, кто именно стрелял. Доказательством считаются и фотографии, сделанные Матвеевым на месте происшествия. Но на них не видно, что за люди в кадре. Свидетельство Матвеева о том, что в незаконной охоте принимали участие конкретные лица, без подтверждающих материалов - это всего лишь голословное заявление. Так любой гражданин может сказать: я видел, как Матвеев стрелял в косулю. И что, Матвеева на этом основании надо привлечь к уголовной ответственности? В ходе следствия всплыло много интересных подробностей, например, по поводу неприязненных отношений Матвеева с обвиняемыми Стяжкиным и Орлянским. Как удалось установить защите, у Матвеева имеется серьёзный мотив оговаривать обвиняемых - его жена неоднократно привлекалась к налоговой ответственности. Стяжкин препятствует Матвееву в организации VIP-охоты на территории его хозяйства. Есть ещё одна деталь, которая в целом характеризует свидетелей стороны обвинения. По материалам дела проходит как заявитель егерь Уцын. Его допрашивали в качестве свидетеля с указанием, что он является егерем областного управления охотхозяйства. Однако при устройстве на работу в это управление он использовал поддельный диплом, то есть является егерем незаконно. Кому нужно при таких противоречиях направлять дело в суд, мне не понятно.