Человек без ориентира тянется к эльфам и гномам

Один из самых читаемых писателей России последних лет, автор нашумевших романов «Метро 2033» и «Сумерки» Дмитрий Глуховский представил на суд волгоградских читателей своё новое творение «Метро 2034». О новой социальной реальности, почему спрос на фантастическую литературу будет всегда и как стать писателем, о том, какая идеология нужна России, и, конечно, о мировом экономическом кризисе - в эксклюзивном интервью «Деловому Поволжью».

Ценз остаётся

- Общество меняется, причём буквально на глазах. Достаточно посмотреть, сколько людей всё чаще предпочитают виртуальный мир реальному. Ваши книги как раз о трансформации человечества и о том, к чему это приведёт. Случайно ли так популярны апокалипсические сюжеты в литературе, кино, тех же компьютерных играх?

- Думаю, что мода на «постапокалипсис» никак не связана с реальностью. И популярность эту ни в коем случае не воспринимаю как какое-то народное предчувствие. Ничего плохого не происходит. В интернете нет ничего, что не происходило бы с нами в реальной жизни. Да, там есть порнография, но ведь проститутки стоят на обочинах улиц любого крупного города, а бордели во многих странах легализованы. В интернете нужно делать незаконными те же вещи, которые незаконны в реальной жизни. Например, детскую порнографию нужно жёстко преследовать уголовным путём. Разумеется, надо преследовать призывы к насилию, к расовой или этнической ненависти. Причём в сети искать ответственных намного проще, чем в реале. Человек нарисовал на заборе свастику - пойди его найди, а если оставил свастику в интернете, то наследил индивидуальным IP-адресом компьютера. Не так давно большинство людей после окончания школы не писали даже писем. Разве кроссворды разгадывали. Всё остальное информационное поле, что окружало человека - радио и ТВ - это устная речь. А сейчас в России 50 млн пользователей, которые пишут хотя бы в «Одноклассниках». Разумеется, всплывает тотальная безграмотность населения, люди пишут на этом интернетовском суржике - «олбанском» языке, потому что в жизни не умеют писать правильно. Интернет объективно развивает многие функции головного мозга. Лично я интернету многим обязан. Это сейчас тираж «Метро 2033» перевалил за 350 тыс., а когда я его написал, его никто не хотел публиковать. В издательствах мне отвечали - «нет, у тебя главный герой умирает случайной смертью, не выполнив миссии». Я сказал: ах так? Ну, тогда я сам опубликую. Сделал сайт, весь текст разместил в сети. Завёл гостевую книгу с интерактивом, оставил ссылки на себя, на этот сайт на форумах любителей фантастики. Нашлись люди, которые говорили - молодец, пиши ещё. Требовали завершить книгу логически и оживить главного героя. Нужно было переписать половину, и пришла в голову мысль сделать это в интерактивном режиме. Написал главу - выложил, написал - выложил. Были обсуждения, критика, предложения по поводу развития сюжета. К тому моменту, когда я закончил, число посетителей превышало 1000 человек и о книге уже знали. В «Живом журнале» выложил «затравку», что готов предоставить на публикацию любому издательству и буквально через 40 минут мне написали те, кто потом выпустил первую версию книги. Кстати, она осталась на сайте в бесплатном доступе.

- Выходит, что писателем каждый может стать?

- Если ты пишешь, не значит, что тебя будут читать. Ценз остаётся, только ценз не редакторов, а ценз общественный. Если то, что вы пишете - интересно людям, вас добавят в «френды», люди подпишутся на ваш блог, порекомендуют друзьям, а потом на вас обратят внимание и журналы. Образно говоря, сейчас, решая судьбу творческого человека, не император поднимает палец вверх или вниз, а народ.

Сытые бунты

- Поэт в России больше чем поэт. То же самое можно сказать и про писателей, а уж про писателей-фантастов тем более. Достаточно вспомнить братьев Стругацких. Вы ощущаете на себе некую миссию?

- Я стараюсь насыщать книги смысловыми слоями. Там, конечно, есть и о ядерной войне, и о мутантах, но там и масса подтекстов. Кроме лобовой наивной философии, есть и социальная критика, и даже политическая сатира, глубинные размышления. В «Метро 2034» по сравнению с «Метро 2033» я вкладывал более глубокий смысл. Эта книга о стремлении человечества к освобождению от своей внутренней животности и в каком-то смысле о Спасении. Есть и некая сатира - например, упоминание о «принуждении к прекрасному». В «Сумерках» были мысли по поводу Дня Победы, о том, как этот праздник сейчас отмечается - без отсылки к реальным людям, которые на самом деле ковали победу. В этом просматривается идеологический вакуум, неспособность власти воодушевить население. Вместо этого, условно говоря, в очередной раз пытаются перекрасить Родину-мать. Похоже, что люди, которые занимаются идеологией, не очень верят в то, что делают и занимаются по большей части делёжкой бюджетов. Впрочем, сегодня вообще не время идеологии. Эпоха сейчас такая - время обогащения, и это естественно. Ведь русскому человеку никогда не давали хорошо жить, зарабатывать деньги. Россия - европейская страна, но живущая по восточным канонам, со свойственной нам русской хаотичностью. Причём почти всегда люди горбатились за идею и за горбушку хлеба. Я с большим скепсисом отношусь к достижениям путинской эпохи, но то, что люди работают не за пайку, - это уже достижение. У них появилась возможность съездить на отдых в Турцию, купить иномарку. Поэтому увлечение людей потреблением я не то чтобы приветствую, но понимаю и разделяю. Слава богу, стал появляться средний класс. Искренне хочется верить, что с кризисом эта тенденция не прекратится.

- А нужен ли будет нарождающемуся среднему классу отход от реальности, вроде вашего творчества? Они же предпочитают планировать и действовать.

- Да, сейчас тебя выгнали с работы и ты должен как-то занять себя. Ты читаешь фантастические книги, где всё интересно и хорошо. Понятно, что в тяжёлые времена людям свойственно бежать от реальности. Но людям свойственно также бежать и от того, в чём они не видят смысла и прогресса. Поэтому культуры, нацеленные исключительно на материальное, страдают сытыми бунтами. Человек, лишённый ориентира, насытившийся, который не знает, что дальше делать, - тоскует, и ему куда-то хочется. Хотя бы к эльфам и гномам. И общество, где решены все материальные вопросы, всё равно не перестанет потреблять фантастическую литературу.

- Как вы относитесь к традиционалистским тенденциям, особенно в крайних формах, ухода к истокам?

- Отрицательно. Все попытки возрождения «глянцевого» православия и реставрированной двухголовой самодержавности выглядят обречёнными на банкротство. Хорошо это или плохо, но в 1917 году мы вымарали всё это из собственной памяти. Это уже не наше. По крайней мере, не моё. Я вырос в Москве, отформатирован советской образовательной системой, и я не чувствую никакой сопричастности к пасхальным службам в храме Христа Спасителя под прицелами телекамер, или к Врангелю или к Колчаку. Это есть, это история моей страны, может быть, лет в 60 меня «пробьёт» и я скажу: да, надо же! Но сейчас мне кажется, что эта попытка ностальгировать совершенно ни к чему. Жить этой реальностью - приблизительно то же самое, что жить реальностью эльфов и гномов - это не имеет никакого отношения к нашей реальной жизни. Старое неприменимо к современному миру. Нужно строить новую Россию. Мне кажется, что наш патриотизм должен строиться на желании сделать страну процветающим европейским государством. Все разговоры про третий путь - чистая демагогия. Есть страны, которые доказали, что их социально-экономическая модель эффективна - это США, европейские страны.

- Именно оттуда пришёл экономический кризис, который, впрочем, по нам ударил больнее.

- Я не вижу великой драмы. Я не вижу, чтобы кризис привёл хотя бы к разговорам о войне, как это было во времена прежних кризисов, Великой депрессии и т.д. Мне кажется, нынешняя система достаточно устойчива. Что с того, если какие-то компании виртуально стоили 100 миллиардов, а теперь, опять-таки виртуально, стоят 20 миллиардов, или что люди потеряли одну работу и максимум через 2-3 месяца найдут другую? Я не вижу людей, пухнущих от голода на улицах. Зато я с нетерпением жду, когда московские цены на недвижимость придут в какое-то более-менее адекватное соотношение с доходами людей. Потому что сейчас на квартиру в пределах Садового кольца нужно работать 50 лет - ни в одном западном обществе такой ситуации нет. Тут явно экономика была перегрета.

С Голливудом по миру

- В книжных магазинах «топовые» места часто заставлены не самой качественной литературой. Почему?

- Сейчас книготорговля - не часть идеологического механизма, а бизнес. Поэтому издатели торгуют тем, что, как им кажется, будет хорошо продаваться. Продажи делают выкладку, а выкладка делает продажи. Романтика, вампиры, гламур - развлечение девочек пубертатного возраста - от 14 до 20. Если бы лично мне важно было получить максимум удовольствия и какой-то посыл от прочтённого, то, конечно, лучше сконцентрироваться на книгах, проверенных временем. Мода - это наносное. Я сам модный автор, и приятно, что девочки приходят на автограф-сессии. Это не показатель того, что я написал хорошую книжку, это показатель того, что прочесть эту книжку актуально и будет чем похвастаться перед одноклассницами. Мне лично хочется верить, что мои книги эту проверку выдержат, и лет через 10 и позже будут кому-то интересны.

- Будет ли киноверсия?

- Экранизация должна быть. Проявляют интерес американские продюсеры. Сейчас наши представители в Голливуде ведут переговоры. У меня на столе уже лежит предложение по приобретению опциона - т.е. право замораживается, а потом выкупается на хороших условиях. Я жду, чтобы был масштабный американский фильм. Для меня основной смысл экранизации как удовлетворения моего писательского честолюбия хороший фильм, снятый именитым режиссёром, с хорошим кастингом и большим рекламным бюджетом. Именно это позволит заявить о книге по всему миру. К тому же меня не очень впечатляет способность наших режиссёров делать блокбастеры, за исключением Тимура Бекмамбетова, которого люблю, уважаю и считаю способным делать хорошо продаваемые и умные фильмы. Бондарчук с его «Обитаемым островом», увы, не впечатлил. Жду хорошего американского предложения.

- А продолжение «Метро»?

- Я пишу вещи, которые интересны мне. Мне сейчас не интересно писать про мир «метро» в третий раз и не буду этим заниматься. Но я понимаю, что созданная мной вселенная живёт, она востребована, и почему бы ей не жить без моего участия? Одни люди хотят читать, другие хотят писать. Так что продолжение «Метро» в интерактивном режиме будут делать абсолютно все желающие. От меня требуется помочь только с раскруткой и с самыми общими сюжетными конструкциями. Это не займёт много времени и оставит возможность заниматься интересными вещами. А недостатка идей я не ощущаю.

Владимир АЛЕКСЕЕВ