«Очищение какое-то произошло...»

В конце прошлого года последний независимый пивоваренный завод ЮФО закрылся, казалось, навсегда. Причин было немало: запутанная структура собственности, конфликты между арендаторами, копившиеся годами налоговые претензии, уголовные дела и судебные решения. Большинство экспертов, опрошенных тогда «ДП», предположили, что волгоградское предприятие «Пивовар-Живое пиво» перестанет существовать, а на его месте появится элитный жилой квартал. Называлась и ориентировочная стоимость земли в том районе - около 25 млн рублей за гектар. Но в начале марта завод вновь заработал. О причинах остановки предприятия и перспективах дальнейшего развития в эксклюзивном интервью «ДП» рассказал один из совладельцев завода, известный волгоградский предприниматель Борис ИЗГАРШЕВ.

- Борис Тимофеевич, почему завод прекратил работу в конце прошлого года? В чём главная причина?

- С 2000 года шли непрерывные попытки захватить завод, пытались меня физически устранить, дела фабриковали. В апреле 2005 года меня предупредили, что убьют, если не отдам завод. Самым серьёзным признаком рейдерского захвата стал визит 19 мая 2006 года на предприятие группы сотрудников милиции - якобы в рамках ведущегося против меня уголовного дела. Изымались документы, избивались охранники, разбивалось оборудование. Завод остановился - не давали даже продукцию вывозить. Всё происходило явно с чьего-то одобрения на самом верху. Задача была выполнена лишь частично: от управления я отошёл, но и захватчикам завод не достался. Хотя и я совершил несколько ошибок, в частности, выписал доверенность на управление своей дочери. Именно она вместе с моей первой женой и группой третьих лиц, в деятельности которых, я надеюсь, ещё разберётся суд, и довели предприятие до развала.

- Во сколько вы оцениваете ущерб, нанесённый предприятию прошлой командой?

- В жаркое лето 2007-го вся пивоваренная отрасль страны показала гигантский рост, а наш завод сократил объёмы производства более чем в два раза. Только прямой ущерб составил порядка 80 млн рублей, не говоря об упущенной прибыли. Понимаете, они пришли не работать! За один сезон всё, что смогли, продали, а потом и людей уволили. За поставленную продукцию деньги вчёрную собирали. Естественно, не думали о том, чтобы сырьё закупать. Даже закупленные нами 3000 специальных кег переоформили и продали, оставив завод без тары. Самое неприятное - они испортили отношения со всеми нашими поставщиками, всех кинули. Даже тех, кто продавал нашу продукцию, умудрились обмануть. Мы теперь вынуждены их долги отдавать. Испортить отношения легко, восстановить доброе имя куда сложнее. А нам для нормальной работы нужно свыше сотни различных компонентов сырья.

- С чего началось восстановление производства?

- Прежде всего, с возвращения команды профессионалов. Завод ведь пиво варит с 1881 года, в некоторых семьях эти рецепты передаются, как реликвии. Поэтому всех, кто пережил с нами все эти сложные времена, кто стоял в пикетах, протестовал против уничтожения завода - мы всех вернули. Заручились поддержкой депутатов, властей - и района, и города, и области. Остановка завода многому нас всех научила. Знаете, очищение какое-то произошло, стали дорожить заводом. Это ведь не просто 800 человек на улице оказалось, это часть истории Царицына могла навсегда исчезнуть. Сейчас отношения прекрасные и с прокуратурой, и с другими силовиками, и с санэпиднадзором, с энергетиками и коммунальщиками - все нам помогали запуститься.

- Какие финансовые ресурсы вы задействовали?

- На первом этапе мы продали кое-какую собственность, квартиры. А сейчас получаем кредиты от банков. Вряд ли они предоставили бы нам свои средства, если бы не верили в реальность наших бизнес-планов.

- В числе возможных причин закрытия вашего предприятия некоторые эксперты называли запутанную схему собственности, когда были неизвестны настоящие владельцы. Сейчас что-то изменилось?

- Здесь две части одной проблемы. Рейдерами было заключено много фиктивных арендных договоров, по которым, действительно, часть имущества была выведена и продана. Срок многих договоров уже истёк, а остальные мы сами разорвали - эти люди ведь даже за аренду не платили, не говоря о зарплате и пособиях по беременности. Сама же структура собственности останется прежней, какой была до попытки захвата. Я считаю, именно она и защитила нас от рейдеров: когда собственников много, захватить предприятие сложнее. Вот и я - лишь один из собственников.

- Были предложения продать завод или переехать в другое место - к примеру, от федеральных пивоваренных компаний или застройщиков?

- Лично мне не предлагали. Сейчас предприятие работает, и перенос будет стоить очень дорого, застройщикам это неинтересно. А крупным пивоваренным компаниям мы не интересны из-за размеров и особенностей нашей технологии пивоварения. На огромных заводах внедрена так называемая система плотного пивоварения - грубо говоря, варится концентрат, который разбавляется подготовленной водой в разных пропорциях. У нас же для каждого сорта пива своя технология, своя производственная линия, свои бродильные танки, рецептура, сроки брожения - от 21 до 97 дней. Гиганты так не работают, не выгодно.

- Как завод работает сейчас, и какие планы вы перед собой ставите? Будут ли выпускаться какие-то новые сорта пива и других напитков?

- Помимо нашего традиционного пива, мы выпускаем напитки для детей, квасы, сбитни и медовухи - только из натурального сырья, в том числе витаминизированные и с целебными травами. В конце апреля под общим брэндом «Регир» выпустим ещё три сорта настоящего немецкого пива, сваренного по традиционным рецептам из Берлина, Баден-Бадена и Штутгарта. Есть предложения и для бизнесменов, намеренных открыть пивбары с особым, эксклюзивным пивом. Сейчас наши мощности заняты лишь на 30%, но, думаю, к лету мы выйдем на докризисные объёмы, а через год-два полностью вернём все утраченные позиции. Это только вопрос времени и денег.

Антон БОРЦОВ