Дом на соседней улице

В областной администрации считают, что в Волгоградской области формируется инновационная трехуровневая система местного управления. Ее уникальность в том, что она, наряду с органами местного самоуправления, включает механизмы гражданского общества органы территориального общественного самоуправления (ТОС), казачьи общества, потребительские кооперативы, создаваемые по месту жительства, другие формы местных сообществ, а также личные подсобные хозяйства (ЛПХ). О том, как создавалась эта система и почему она более жизнеспособна, чем обычная двухуровневая, «ДП» рассказал советник губернатора по вопросам управления Сергей ДМИТРИЕВ.

Гипотеза имени Максюты

- Сергей Матвеевич, вопросами местного самоуправления в Волгоградской области вплотную занялись лет десять назад. Почему уже тогда это было актуально и почему эта работа была поручена вам?

- В 90-х годах в качестве консультанта региональной власти по вопросам управления я много времени провел на территориях жил и работал поочередно во всех районах области, изучал новую социально-экономическую ситуацию. Тогда к руководству многих предприятий в результате выборов в трудовых коллективах пришли вчерашние технари и инженеры, не слишком готовые к управлению. По заданию областного руководства мы обеспечивали управленческое сопровождение вновь образованных коммерческих структур, выступая дублерами гендиректоров крупных и средних предприятий. В нашем учебно-консалтинговом центре учились строители, нефтяники, транспортники, выездные занятия проводились в городах Волгограде, Волжском, а также в Жирновском, Котовском, Фроловском и других районах области. Тогда я близко познакомился со многими руководителями местных органов власти. От них пошел поток обращений, и Николай Кириллович попросил меня переключиться на вопросы МСУ. В 98-99 годах мы серьезно занялись диагностикой кадров, работающих в местных органах власти, изучили их возможности, сформировали первый банк данных. И тогда же выдвинули гипотезу, правильность которой доказало время и первые итоги нынешней реформы МСУ. На периферии есть люди, способные работать в местном управлении, при условии, если они будут востребованы, мотивированы и обеспечены профессиональным управленческим сопровождением.

- Но реформа МСУ не сводится только к кадровой проблеме. Даже самый грамотный и харизматичный лидер без финансового обеспечения не то что прорыв, просто развитие поселения или района не обеспечит...

- Приоритетную роль экономических процессов на селе мы никогда не отрицали. В 1999 году в нашей области впервые было применено понятие «сельский социально-экономический комплекс». Модное нынче партнерство бизнеса и власти мы начали реализовывать уже тогда. Предприятиям, направлявшим средства в социальное развитие своих поселений, полностью возмещались процентные ставки по взятым кредитам за счет регионального бюджета. Созданная тогда система господдержки ЛПХ выполняла две важных задачи обеспечивала самозанятость на селе и создавала основу финансовой самостоятельности местных администраций поселений и ТОСов. Мы также развивали систему учебно-опытных хозяйств при школах, закрепляли за ними пахотную землю, приняли областную программу «Учебное поле», финансируемую из областного бюджета. Не только для того, чтобы выращивать продукцию и деньги зарабатывать. Но и для того, чтобы кадровая база АПК и территорий непрерывно воспроизводилась. Кадрами мы занимались очень плотно. Я в такую глухомань забирался, ездил в села, в к оторых по два года ни одного чиновника не видели. Там и увидел, как некоторые сельские администрации работали со своими поселениями. Почтальону поручали поедешь на дальний хутор, пройдешь по дворам, узнаешь, у кого что случилось. Когда эти факты обнаружились, я доложил губернатору, и мы затеяли в 2001 году мониторинг всей территории области. Собрали информацию по всем 1534 населенным пунктам, обсчитали уровень жизни, обеспеченность социальными услугами.

Делиться властью не хотели

- Что показал тот мониторинг? Сильно ли различалась жизнь в разных районах области?

- Исследование шло 14 месяцев. Мы брали в расчет около полусотни факторов. В областной администрации до сих пор сохранилась та историческая карта. Различия были очевидны. Во многих периферических населенных пунктах были разрушены хозяйственные связи. Более чем в 400-х не было ни одного работодателя, в 120 практически уже никто не проживал. Успешными были те территории, где экономика функционировала нормально и при этом была социально ориентированной.

- Насколько благополучие поселения зависело от харизмы и пробивной способности лидера?

- Я бы сказал, что мы увидели там только потенциал лидерства. Большинство ярких талантливых людей не были востребованы. Кстати, 80% нынешних руководителей МСУ это люди, которых мы тогда видели, отмечали, тестировали. Но в том виде, как эта система работала раньше, жить было нельзя. Фронтальный уровень власти, который ближе всего к народу, существовал на птичьих правах. Местные сельские администрации, по сути, были структурными подразделениями райадминистраций. Получали разовые поручения, вертелись, как белки в колесе. Не несли никакой ответственности, были лишь неким передаточным механизмом.

- То есть Волгоградская область и губернатор без сомнений приняли решение в 2006 году войти в реформу МСУ? Не было желания воспользоваться отсрочкой и подождать до 2009 года?

- Никаких сомнений не было. Недаром мы еще до 2006 года закладывали основы той системы, которую сейчас в области строим.

- И сопротивления не было?

- Было сопротивление. Со стороны депутатского корпуса различных уровней власти, например. Многие депутаты говорили, что регионы не готовы к преобразованиям, что кадровая проблема пустит реформу под откос. Федеральные законодатели, перестраховавшись, ввели так называемый переходный период, переложив всю ответственность за реализацию нового закона о местном самоуправлении на регионы. Тем самым было ослаблено внимание к реформе со стороны российского правительства, хотя, по сути, это главный национальный проект страны. Нас такое искусственное торможение не устраивало. Да и избранные районные главы не сильно радовались новым отношениям. Власть большое удовольствие. А мы им предлагали поделиться полномочиями с поселениями. Естественно, они были против. Но в неформальных беседах все понимали прорыв нужен, инициативу и ответственность нужно перераспределить на фронтальный уровень власти. И включить максимальное количество граждан в процесс местного самоуправления. Включить в процесс гражданское общество.

МСУ случилось не вдруг

- Даже в крупных российских городах гражданское общество пока просматривается крайне слабо. А вы говорите в районах, в поселениях его подключать

- А оно там быстрее складывается. Проблемы общие, люди на виду друг у друга, живут-то на соседних улицах. ТОСы обеспечивают участие граждан в управлении. Они не подменяют местные органы власти, но и не дают им расслабиться. В области уже 1650 ТОСов. Заметьте, мы не обязывали их создавать, а заинтересовывали жителей поселений. Да жители и сами с удовольствием начинали влиять на свою жизнь, определять ее. Почему именно сейчас? Потому что люди, организованные в местные сообщества, почувствовали ответственность за себя, за своих близких и соседей, за благополучие своих населенных пунктов. Сейчас в области складывается уникальная инновационная трехуровневая система местного управления районные власти, власти поселений и местные гражданские сообщества. Ее организационной основой является деловое и социальное партнерство власти, бизнеса и гражданского общества. Специально созданная для реализации этой модели территориальная система управления администрации Волгоградской области обеспечивает на местах функции управленческого сопровождения и содействия. И я уверен, эта модель будет дееспособна, потому что мы создаем ее не с колес. История МСУ по-волгоградски началась с 2001 года, с того самого момента, когда мы получили результаты того глобального исследования. А сейчас мы доводим модель до совершенства, внедряя ее на местах в интересах благополучия и развития каждой территории.