Русский капитал на рандеву

Под конец 2008 года стартовал новый проект медиахолдинга «Эксперт» - «Эксперт-ТВ». Телевидение станет продолжением журнала, но у него есть и особая миссия: сделать предпринимателей актуальными людьми, тем самым поменяв повестку дня. Об этом «ДП» рассказала председатель совета директоров, шеф-редактор медиахолдинга Татьяна ГУРОВА.

Полшага до бума

- Татьяна Игоревна, в стране кризис, а вы запускаете новый проект, да ещё такой дорогой...

- Мы начали в прекрасные годы роста. И теперь, как и большинство предпринимателей, продолжаем то, во что уже вложились. На запуск журнала, как показывает наш опыт с «Русским репортёром», уходит до года, а на телевидение - года два.

- Какова сумма инвестиций, кто инвесторы проекта? Когда и за счёт чего вы рассчитываете окупить вложения?

- Как известно, два года назад медиахолдинг продал блокирующий пакет акций Олегу Дерипаске. Деньги от продажи пакета плюс заёмные инвестированы в наши новые проекты, включая телевизионный, в который вложено порядка 270 млн рублей. Мы должны выйти на окупаемость через два года после старта. Сейчас прогнозы по рекламе вилами по воде пишутся, но мы планируем выйти на выручку в 300 млн рублей в 2010 году. В стране пошла волна сегментированного, нишевого телевидения. Этот процесс ускорится в связи с переходом на «цифру», и к началу бума мы должны быть готовы - то есть способны на конкурентоспособный контент.

- Когда же начнётся бум?

- Раньше мне казалось, что это очень отдалённая перспектива. Но поездки по регионам показали, что там кабельное ТВ процветает, и ещё до начала цифровой революции эра нишевого телевидения уже наступила, просто в Москве этого не заметили. Здесь сложно входить в кабельные сети, Москва вообще очень дорогая. В регионах иначе: Россия в большей степени, чем столица, готова принять новые возможности.

- Это учли сотовые операторы, которые строят сети 3G в регионах раньше, чем в Москве.

- Мы уже сталкивались с этим. Когда запускали журнал, то из идейных соображений сказали себе: мы не московское, а российское издание. За счёт паритета московского и региональных тиражей мы выигрываем в глазах рекламодателей. «Эксперт» воспринимается читателями в регионах с большим энтузиазмом, чем в столице.

Разговор без «бу-бу-бу»

- Канал будет круглосуточным? Что будете показывать? Какова миссия канала?

- Мы поставили цель - 24 часа вещания, но первое время будет много повторов. Нам важно создать эфирное пространство для российского бизнеса. Наш слоган - «Россия и мир глазами русского капитала». Важно, чтобы там были ньюсмейкеры из бизнеса, чтобы темы, которые их волнуют, обсуждались публично, и российский бизнес вышел на широкую аудиторию со своими идеями и бедами. Это, пожалуй, главное. Я радуюсь тому, что когда мы делаем пробные передачи, которые фактически идут в корзину, люди к нам идут с необычайной охотой. Им это настолько нужно, что они хотят участвовать в создании телевидения хотя бы так. Причём они готовы чётко, ясно и откровенно говорить о своих проблемах. Гости ведут разговор настолько активно, что обсуждение получается даже при не очень качественном журналистском сопровождении. Эту энергию обязательно надо использовать. Кстати, один молодой бизнесмен на мой вопрос, что он хочет от нас, сказал: чтобы вы продвигали моё мировоззрение широкому кругу людей, иначе они будут опираться на взгляды, которые мне не подходят. Аудитория телепроекта шире, чем собственно «русский капитал». Было бы странно создавать им ещё одну площадку для тусовки. Важно, чтобы наши программы ориентировались на самостоятельный класс. И это должен быть достаточно лёгкий, незагруженный разговор, без «бу-бу-бу», но не теряющий содержания. Образцом для нас стало американское телевидение. Мы хотим, чтобы это было легко, динамично, чтобы в нём была некая вольность обращения. Изначально мы взяли за основу формат CNN - при всех скидках: у нас нет столько денег, мы не будем иметь свою картинку, не будем первыми... Но за эталон мы берём дух: много фактуры и мало высокомерия. Новостные программы будут идти по два часа. Это блок новостей, часть которых - диалог ведущего с экспертом, блиц-аналитика в прямом эфире, гость в студии, культура-погода-спорт и рынки - некий набор нанизанных друг на друга форматов примерно на полчаса. Затем повтор. Наш зритель может оказаться у телевизора не в два часа, а в 2.10 или в 2.40, но он должен знать, что в промежутке от 2-х до 4-х увидит новости. В новостях нам важно изменение повестки дня: процентов шестьдесят новостей - о бизнесе, у нас это идёт под грифом «корпоративка». Есть ряд аналитических программ. Например, «7» - еженедельная программа, вести её будет Пётр Марченко. Нам очень важно было привлечь профессионала с таким опытом - с умением концентрировать внимание аудитории, держать темп. Есть программа с Александром Приваловым. Есть программа «Если завтра - вчера»: аналитики и журналисты совместно решают какую-то проблему, считая, что событие уже случилось. Когда мы начинали, были темы - что будет, если начнётся война с Грузией, если упадут цены на нефть и так далее. Всё, что мы рассматривали, уже случилось, так что придётся придумывать новые события. Есть программа «Мастер-класс», которую я очень люблю и которая будет многими воспринята как реклама: предприниматель рассказывает, как ведёт бизнес. В журнале есть такая рубрика, но только телевидение делает человека публичным, актуальным. От этой программы не требуется заумности, высоколобости, зато считываются темперамент наших героев, их эмоции, опыт. Есть программы самих игроков рынка. То, что делают для телевидения управляющие инвестиционных компаний, - невероятно круто. Будет ещё программа о рынках, которую мы купим у «Financial Times». В западной журналистской культуре есть уровень, для нас пока недостижимый: они работают без придыхания, без эпичности. У нас пока всё очень местечково. Научимся - сделаем своё.

- На ТВ любое упоминание компании воспринимается как реклама, и в газетах вымарывают названия. Пишут так: в Волгограде побывал лидер одного из предпринимательских объединений Борис Титов. Вам смешно, а нам грустно. И если в нашей газете компании всегда названы по имени, коллеги говорят: круто, сколько у тебя заказухи... Это же метод борьбы с коррупцией среди журналистов: если запретить называть компании, журналист не сможет брать деньги со своих героев.

- Бороться со средой можно только одним способом: делать так, как ты считаешь нужным. Мы доверяем своим журналистам. Но если станет известно о заказухе, человек увольняется. И если все знают, что будет так, зачем это делать?..

Для нас Россия - единая

- Где будете брать новости из регионов? Нужны ли они вам?

- Мы не планируем создавать корпункты, хотя сюжеты сможем заказывать. Думаю, что через полгода мы к этому придём, тем более что в Москве бизнеса не так много, как кажется. Мне иногда говорят, что в журнале мало регионов. Я не сразу поняла, в чём дело: оказывается, мы пишем про новосибирскую компанию так же, как про уральскую, а им нужен акцент на том, что это именно новосибирская компания. Для нас же Россия - единая страна.

- Мы фиксируем в федеральных СМИ регионы тогда, когда речь идёт о нас. А пока про нас не говорят, нам кажется, что регионов в СМИ нет. Для волгоградца что Москва, что Омск - не регион, регион - это Волгоград.

- Почему же вы не воспринимаете страну как единое целое? И почему мы тоже должны видеть не Россию, а набор регионов? С этой индивидуализацией на уровне регионов мы не собираемся считаться. Для нас объектом являются компания, рынок, процесс, а не регион. И в этом нет ничего такого «московского»: мне интересны компании, находящиеся и там, и там, и там.

- Есть устойчивое мнение, что журнал «Эксперт» - рупор администрации президента: почитай «Эксперт» - и узнаешь, о чём Владислав Сурков будет говорить на встрече с активом «ЕР».

- А он действительно говорит то, что написано в «Эксперте»? И так часто выступает, что эту гипотезу можно подтвердить практикой?

- Вряд ли. Тем более, не очень п онятно: то ли они на вас влияют, то ли вы - на них. Однако в 2005 году созданный вами клуб политического действия «4 ноября» изложил свои идеи в брошюре, а в 2008-м в речах президента пошли буквальные цитаты оттуда.

- У нас всегда была чёткая позиция. Мы являемся представителями частного капитала в России, отстаиваем его интересы, идеологию. При этом - и тут расходимся с радикально либеральными слоями - мы настаиваем на самостоятельности России, силе России, амбициях России. И в этом совпадаем с властью. Было бы странно, если бы власть этого не хотела. Это и есть либеральный консерватизм: опора на мощь страны и внедрение институтов либерального общества. За годы существования «Эксперта» мы ни разу не отступили от этой позиции. И если наша позиция совпадает с позицией Кремля, это должно радовать читателей, а не вызывать у них раздражение.

- Его нет. Есть любопытство: как понимание складывается?

- Средство массовой информации, чтобы выполнять функции 4-й власти, не может жить изолированно от политических структур, оно должно иметь возможность общаться, вести диалог. Да, есть проблема: у нас все политические институты описываются одним словом - Кремль. Но если ты занимаешь позицию «я всё знаю, имею свою точку зрения и ни с кем не собираюсь её обсуждать», ты маргинализируешься. Мы не хотим быть маргиналами. Мы хотим быть встроенными в активный политический процесс, потому что только в этом случае мы выполняем свою функцию. Позиция телевидения будет такой же: интересы частного капитала и интересы России.

Инвестиции в смысл

- У вас обычно хорошие эксперты. Это комплимент редакции: чтобы журналист привлёк выдающегося эксперта, нужно суметь его оценить и понять. А это высокие требования к кадрам.

- По мере развития в стране происходит профессионализация. Раньше было крайне важно, чтобы журналисты имели хороший экономический или политический бэкграунд, потому что контрагент был порой менее профессионален и менее склонен к вербализации своей точки зрения - из него надо было буквально вытягивать слова. Теперь наши контрагенты более профессиональны. И мы наконец можем выполнять чисто журналистскую функцию: следить за развитием событий, выделять главное и поддерживать диалог. А придумывать решение - уже не надо. Очень удобно: можно просто пойти и спросить, что происходит и почему.

- Тем не менее, журналист должен обладать достаточным объёмом знаний, чтобы понять, где говорят правду, а где - нет.

- Безусловно. Вообще радикальная проблема СМИ в России - это недоинвестированность контента. Нет средств, чтобы содержать журналистов, которые могут себе позволить специализироваться и долго работать над одной темой. У нас в редакции 100 человек, а в редакции аналогичного западного журнала - 300. В каком-то смысле мы работаем в три раза эффективнее. При том, что у нас одна из самых больших журнальных редакций в стране. Деньги идут в гламурные журналы, где не требуется такого вложения в контент. Именно поэтому у нас так мало качественной прессы. Рынок СМИ нуждается в льготах. Если мы хотим, чтобы СМИ стали действительно 4-й властью, они должны получить денежный импульс от государства. Мы должны накачать эту среду профессионалами.

- Налоговые льготы облегчат вход на рынок - и эффект размажется.

- Но они не облегчат вхождение в розницу. На этом фоне любые льготы - совсем небольшие преференции. В западных странах этот рынок регулируется всеми средствами, потому что они заинтересованы в независимых и профессиональных СМИ. Если и мы заинтересованы, могли бы пойти по этому пути.

- А мы заинтересованы?

- Как страна? Конечно. А как иначе? Развитие независимых СМИ снимет проблему отсутствия публичного обсуждения. Появление новых идей, чего с таким трудом добивается власть, будет происходить с участием большего количества игроков.

- Уверены, что она этого действительно добивается?

- Говорит, что так. И потом... Я лет пять не общалась с региональными властями, а за это время многое изменилось. От всех вице-губернаторов, занимающихся экономикой, слышала примерно одно: мы хотим более квалифицированного обсуждения наших проблем. Да, там продолжают делить землю и бюджеты, но при этом возникает ясное понимание необходимости развития, и уже не примитивного: люди думают о создании инфраструктуры, льготных условий для разных видов деятельности. Они готовы к тому, что их проблему вытащат на публичное обсуждение, готовы к конфликтным круглым столам. Конечно, нам хочется, чтобы интерес к интеллекту рос быстрее. Но как только мы выберемся из кризиса, процесс пойдёт очень быстро.

Анна СТЕПНОВА