13 Июня 2011 | Последнее обновление - 14.21 | www.dp-volgograd.ru

 

Главная

Свежий выпуск

Особый взгляд

Региональная политика

Политэкономия

Общество

Блогосфера

Последняя страница

О газете "Деловое Поволжье"

��нформация о газете

��стория

Архив газеты

Бизнес сообщество

Деловая Россия

ОАО "ГК"Москва"

Устав ОАО "ГК "Москва"

Сообщение об утверждении годового отчёта ОАО "ГК "Москва"

Годовая бухгалтерская отчётность

Банковские реквизиты

��нформация ОАО "Деловое Поволжье"

Устав ОАО "Деловое поволжье"

Текст годового отчёта

Годовая бухгалтерская отчётность

Реклама

Реклама в газете

Реклама на портале

Подписка

Бумажная версия

Электронная версия

Контакты


Муси-пуси в камне

«Душевная экономика» - это новый спецпроект «ДП», который реализуется на средства гранта Волгоградской области в номинации «Волгоградская область - регион новых возможностей». До конца года мы вместе с нашими экспертами будем анализировать, как влияют на экономические показатели культурные факторы в самом широком смысле слова: от искусства и архитектуры до спорта. Серия публикаций призвана показать влияние событий и традиций этой сферы на экономическую, деловую активность, инвестиционную привлекательность предприятия, района и региона в целом, социальное самочувствие населения. Важная часть этого исследования - архитектура и недвижимость. Как сказываются на цене недвижимости архитектурные достоинства здания, наличие или отсутствие вокруг него других градостроительных достопримечательностей и памятников? «ДП» задало этот вопрос участникам круглого стола. Мнения категорически разделились даже у риэлтеров.

Снимите это немедленно

А. Степнова: Квартира с видом на Волгу стоит дороже. А как на цене недвижимости отражается её собственная красота и красота окружающего пространства: наличие архитектурных достопримечательностей, красивого вида из окна? В. Тихонов: В тех стандартных квартирах, которые мы имеем, ценится, прежде всего, местоположение дома, развитая инфраструктура вокруг, комфорт подъезда и дворовых территорий.

М. Норкин: Для современного человека вид из окна не имеет значения. Он не сидит дома с утра до вечера, а когда приходит, не бросается смотреть в окно. Мы до этого ещё не доросли, поэтому у нас нет элитного жилья. Исключение только «Волжские паруса». Среда, в которой стоит этот дом, соответствует определению: рядом нет офисов, гостиниц, другого жилья, в окна видно Волгу и пойму Царицы, есть развитая инфраструктура - парковки, рестораны, салоны и прочее.

Д. Шипилова: К сожалению, нет административных рычагов, которые регулировали бы внешний облик города. У нас возникла такая ситуация: в договоре купли-продажи записано, что собственник квартиры в «Волжских парусах» не имеет права нарушать фасад здания. Но нашёлся человек, который решил, что окно к фасаду не относится, и повесил снаружи сплит-систему. Нам удалось принудить его соблюсти условия договора, но административных рычагов, которые мы могли бы использовать, нет.

В. Рукасуев: В нашем городе цена и красивый фасад никаким образом не связаны. Цена зависит от инфраструктуры: есть ли парк, магазины, остановки общественного транспорта. Эти факторы повышают или понижают стоимость объекта недвижимости, а фасад и соседство с памятником или театром на цену не влияют. Выбирая квартиру, человек, конечно, обращает внимание на вид из окна, но если с одной стороны дома будет вид на Волгу, а с другой - на центр города, цена квартиры от застройщика будет одна и та же. Да и у людей предпочтения разные: кому-то Волга даром не нужна, они хотят смотреть на крыши домов.

Д. Шипилова: Дифференциация цены в зависимости от этажа и вида из окна - до 30%. Для нашей компании важен был вид здания. По плану площадь одного этажа - 450-500 кв. м. Если бы мы на той же площади поставили здание в форме звёздочки, где площадь этажа была бы 1680 кв. м, получили немалую дополнительную прибыль.

М. Норкин: В этом проекте задал тон не инвестор, а архитектор. Он изначально хотел открыть фасады на Волгу. Но это исключение. Сегодня разговор об архитектуре преждевременен: ни архитекторы, ни власть, ни инвесторы не созрели до красивой архитектуры.

В. Тихонов: Есть ещё один аспект: комфортными считаются дома, не превышающие высоту деревьев, потому что человек должен постоянно ощущать визуальную связь с землёй. Поэтому 2-й и 3-й этажи всегда считались «дворянскими», а всё, что выше, - некомфортным жильём. Начиная с 9-го этажа маленькие дети неосознанно ощущают колебания дома, в результате чего у них развиваются психические отклонения. Чем выше мы загоняем людей и открываем виды на пейзаж, тем больше провоцируем отклонения в психике жителей.

В. Рукасуев: Всё немного иначе: цена квадратного метра до 5-го этажа на порядок дешевле стоимости 9-го, 10-го или 16-го.

В. Тихонов: Это тоже можно объяснить: пыль поднимается до 9-го этажа. Выше больше свежести, а ниже нечем дышать.

М. Норкин: Качественная архитектура стоит больших денег. Застройщику нужно время, чтобы затраты на неё вернулись. Поэтому с торговыми центрами в этом плане дела обстоят лучше - в них деньги можно быстрее отбить. Но если архитектор будет знать, что его имя появится на здании, возможно, архитектура в городе будет иной. Пока что в Волгограде есть единственная табличка с именем архитектора на здании - на спортивном комплексе ВАГС на площади Возрождения написано имя архитектора Валерия Иушева.

Застройщики - не романтики

Д. Могилевский: Архитектура - это застывшая музыка. А музыка бывает разная: есть ре-минорная токката Баха, а есть муси-пуси Кати Лель. Архитектура - это не только украшения на фасаде здания, но и внутренняя планировка, материалы, из которых построены дома, ширина и расположение улиц. И я вас уверяю, красота фасада влияет на рыночную стоимость недвижимости. Может быть, на жилых домах это отражается не столь явно, но на офисных помещениях однозначно. Успех торговых центров во многом зависит от архитектуры - внешнего вида, планировки здания, ландшафтной архитектуры. Поэтому для строительства значимых объектов наши застройщики привлекают иностранных архитекторов. Хотя бы для создания концепции. Хотя это и дороже. Не потому что они плохо относятся к нашим, просто у наших нет опыта создания функциональных вещей. Ну не давали им при советской власти этого делать, да и потребности не было. А как может человек, который никогда не создавал, взять и создать? Застройщики - не романтики, а прагматики. Они умеют считать, и не будут отдавать за проект лишние деньги, если от этого не зависит рыночная стоимость объекта. И готовы отдавать большие деньги, когда знают, что на выходе получат больше. Рыночная стоимость недвижимости однозначно зависит от архитектуры.

М. Норкин: Ваши слова - чистая теория, а инвесторы и застройщики говорят совершенно иное: им нужны деньги. Когда строился «Парк-Хаус», я, будучи главным архитектором города, умолял застройщиков сделать архитектуру иной, чтобы не нарушать облик города. Но они отказывались, потому что были ограничены в деньгах. И всё.

А. Степнова: Три общежития на улице Хиросимы два года назад раскрасили весёлыми картинками. А в прошлом году там создали ТОС «Добрый дом», который организует для своих соседей культурные события и субботники. Недавно поставили смешарика в песочнице. Даже проводят фестивали городского масштаба. Может быть, новое оформление дома дало толчок, стимул к творчеству?

В. Тихонов: Так жители пытаются обозначить место своего обитания. Не просто жить в серой безликой коробке, а покрасить её, что-то повесить, поставить во дворе. Это средообразующая деятельность населения, потребность в повышении качества и комфорта среды обитания. Этим и должны заниматься сообщества жильцов, потому что администрация этого дать не может.

Коррупция съела красоту

А. Куприков: На западе ввиду жёсткой конкуренции при строительстве заказчик вынужден делать объекты особенными, привлекательными, иначе они не будут пользоваться спросом. А у нас в этот процесс активно включается коррупционная составляющая. Например, при себестоимости строительства качественного высотного здания в пределах 22-25 тыс. рублей за кв. м выходная цена с учётом минимальной прибыли застройщика оказывается в районе 40 тыс. Фактически до половины затрат на строительство съедает коррупция - при технологическом подсоединении к сетям, выкупе земли. Любое архитектурно сложное решение влечёт удорожание объекта, а любой застройщик понимает, что если будет применять современные материалы и дорогостоящее оборудование, то получит изначально убыточный объект. Когда земля достаётся очень дорого, об этом уже не спорят. На сегодняшний день ни главный архитектор, ни другие чиновники не влияют на архитектуру строящихся зданий. Роль главного архитектора свелась к простому функционалу. Можете меня пинать, как хотите, но я всё же скажу: после ухода Норкина с должности главного архитектора архитектурой в городе вообще никто не занимается. Но в этих вопросах всё зависит от власти: если она имеет вкус, образование и хоть какое-то понимание о городской среде, будут появляться объекты с нормальными архитектурными решениями. А если во главу угла ставятся деньги, то чиновнику всё равно, что построит застройщик, лишь бы урвать побольше, а застройщику главное - подешевле.

М. Норкин: Согласен. Если к вам пришли три инвестора, есть возможность выбирать и ставить свои условия, а если пришёл один, то вы согласны на все его условия, лишь бы построил что-нибудь. Когда в городе будет хороший инвестиционный климат, тогда мы сможем диктовать - и требовать качественную архитектуру.

А. Степнова: Я бы не сказала, что в Воронеже административный климат лучше и достаток выше, однако там застройка совсем не такая, как у нас. И жилые дома не похожи друг на друга, и такого торгового центра, как их «Петровский», у нас нет. Может, всё же влияет культура города, его традиции?

А. Куприков: Влияет. Но и у нас не всё так плохо. Как бы ни ругали реконструкцию Ворошиловского торгового центра, давайте прямо скажем: его владельцы могли бы особо не измудряться, но они попытались сделать красиво и внутри, и снаружи. Это говорит о внутренней культуре и отношении к городской среде. Ведь мировоззрение и мироощущение горожан во многом от неё зависит: либо они находятся в постоянной депрессии, либо на подъёме. Архитектура формирует это состояние.

Дом для музея

А. Степнова: А может ли учреждение культуры быть якорным арендатором в коммерческом здании или это всегда нахлебник и обуза? Может ли он принести пользу торговому, деловому центру?

Д. Могилевский: Якорный арендатор нужен для привлечения более мелких. Чтобы те, кто пришёл в магазин за продуктами, заодно зашли в бутики, в кино и прочее. А люди, которые пришли в музей, по бутикам не пойдут. Это просто не те люди.

В. Рукасуев: У нас есть НЭТ, только в его здании два ресторана, ещё два - рядом. Но связи между спектаклями и посещаемостью ресторанов нет. Когда в театре аншлаг, людей в ресторанах не становится больше. Аналогично и музей: он не будет тянуть людей пройтись по бутикам.

М. Норкин: Тем не менее, такой симбиоз возможен. Когда в Волгоград пришла фирма «Детский мир», владельцы просили под него место в самом центре. Мы поставили условие: построить здание с двумя входами - с одной стороны «Детский мир», с другой - кукольный театр, который муниципалитет берёт на баланс. Уже был сделан эскизный проект, но потом сменилась власть - и всё провалилось.

А. Куприков: Это форма государственно-частного партнёрства: государству нужно построить музей, а денег нет, но есть ресурс в виде земли. Если бы государство предложило владельцу торгового центра разместить в нём учреждение культуры, содержать его, а взамен - льготу на выкуп земли, то нет проблем!

Д. Могилевский: Вот механизм реализации ваших планов. Как нам обустроить музей? Пусть власть поставит одну подпись, дайте землю, и любой коммерсант с удовольствием возьмёт на баланс ваш музей.

А. Куприков: Не только дайте землю, а проследите, чтобы к нему не ходили дебильные проверяющие. Бизнес должен чувствовать присутствие власти, которая способна решать его проблемы, а взамен требует от бизнеса не бабки в личный карман, а выгоду для всего города в виде культурных проектов - музеев, парков, театров.

В. Тихонов: Хорошо, что мы стали ездить за границу. Увидели, что там есть и захотели жить не хуже. А до этого были стандартные минимизированные потребности - мы и получали соответствующую среду. Культура жизни была изничтожена. А сейчас возвращаемся к прежней жизни, начинаем чего-то хотеть. Ещё не знаем что и как, но уже хотим.

На фото: 1. Анна Степнова, главный редактор «ДП» 2. Дмитрий Могилевский, генеральный директор компании «Нотра» 3. Виталий Рукасуев, директор агентства недвижимости и туризма «Веста» 4. Виктор Тихонов, архитектор, профессор Волгоградского архитектурно-строительного университета 5. Михаил Норкин, начальник управления Госстройнадзора администрации Волгоградской области 6. Андрей Куприков, генеральный директор ЗАО «Институт «Волгоградгражданпроект» 7. Дарья Шипилова - ведущий специалист отдела реализации ООО «Амоко Групп»

Анастасия КУВШИНОВА

Материал публикуется в рамках гранта Волгоградской области в сфере СМИ по теме «Волгоградская область - регион новых возможностей».


Вернуться
 

версия для печати

Авторизация пользователей

Пользователь:

Пароль:

Регистрация
Забыли пароль?



Голосование


Я выбираю Волгоград. За что?
Волга, рыба, раки, охота
Женщины, конечно
Брошу все и уеду... в Урюпинск, Москву, Рио-де-Жанейро
Это не я, это он меня выбрал

Деловое Поволжье. 2011 год.
Использование информации с ресурса невозможно без письменного разрешения администрации